Пятница, 08 ноября 2019 17:13

Интервью к Всемирному Дню Философии 2019

Автор
Оцените материал
(1 Голосовать)

ran ph 2019

Интервью подготовил:

Шмидт Вильям Владимирович – директор Центра религиоведческих и этнокультурологических исследований и экспертизы Кафедры государственно-конфессиональных отношений ИГСУ РАНХиГС

посвящается:

Всемирному дню философии – 2019

25-летию новейшей истории Кафедры государственно-конфессиональных отношений

Интервью с Кондратьевым Иваном Юрьевичем – публицистом, редактором сайта «Фонд Здравомыслие»

 

Уважаемый Иван Юрьевич, благодарю за возможность обменяться мнениями по актуальным проблемам и поговорить о роли философии и, может быть шире – о способности человека иметь ценности.

Мир велик, мир развивается – его динамики и трансформации актуализируют проблемы переосмысления ответов даже на те из вопросов, которые, казалось, давно получили решение и стали классикой. – Получается, что каждый человек, каждое поколение, заново перескладывает этот ребус и решает загадку – что же это такое Мир, Человек, Ценность и каковы / почему они такие, как представляются? – человек всякий раз заново всматривается в эту причудливую картинку калейдоскопа и пытается ….

В.Ш.: Уважаемый Иван Юрьевич, как Вы полагаете, что пытается в этом своем вглядывании / вопрошании понять человек, что различить, а главное, на Ваш взгляд, зачем?

И.К.: Полагаю, что главное, что делает каждый человек, вне зависимости от возраста, образования и способностей – он строит образ своего будущего и стремится его воплотить, превратить в осязаемую реальность, сам ли он этот образ выработал, создал, или скопировал, это вопрос его возможностей… Часто люди нового поколения не замечают, что «новое» в их жизни и отличное от «старого» это – только способ обозначения, другой язык и другая форма связи, коммуникация. Ценности, мир и человек в своих отношениях к миру и обществу остаются практически неизменными. Под ценностями часто понимаются некие идеи, «измы», которыми увлечены люди, схемы, процедуры существования. Но это ценности условны (государства и боги умирают, а люди остаются), мы знаем практические примеры, когда тысячи и миллионы людей в одну ночь меняли свою принадлежность к флагу «изма», а институты, пропагандировавшие и поддерживающие некие «ценности» и тратящие большие деньги на их «продвижение», исчезали. Как исчезли в России Институт марксизма-ленинизма или Истории Партии, как идеологические институты государства и как организации, и вместе с ними исчезли названия должностей и иерархии чинов, (секретари парткомов, партбюро и т.п.). Ценности из разряда вечных не зависят от религии, общественного устройства или исторического времени, они безусловны и тесно связаны с действиями людей – это сотрудничество, взаимопомощь, взаимопонимание, способность воспринять, услышать, понять другого – гуманизм в его простейшем виде (вариант описания – люби других как самого себя). Меняющийся мир – тоже условность, связанная как с возрастом субъекта, воспринимающего мир, так и с культурой того общества, в котором он растет, развивается. Меняются коммуникации и адаптеры, аппаратура, как точно заметил устами свиты Воланда Михаил Булгаков в романе «Мастер и Маргарита», приспособления для приема, воспроизведения и передачи своего опыта, своего восприятия, своего образа будущего.

Итак, образ будущего, своего и общего, а «зачем» – чтобы обеспечить продолжение рода – своего, человеческого вообще или всего живого, – сохранить способность воспринимать, передавать и менять, творить «Новый Мир» в новых отношениях…

По гармонизации межрелигиозных отношений можно заметить, что все религии возможны только в случае, когда существуют люди, которые этими религиями увлечены: если люди по какой-то причине отказываются от религии, то это не означает, что они перестали во что бы то ни было верить и стали аморальными преступниками, возможно, они перестали доверять системе отношений, иерархии, церкви, увидели в ней угрозу своей свободе, праву сомневаться и не верить в то, что им говорят другие, без возможности практической проверки рассказываемого (услышанного, воспринятого). Фактически любая религия как социальное явление, практика, существует, живет исключительно за счет своих сторонников и вовлечения новых, поэтому и любые межконфессинальные отношения – это вопросы согласования организациями верующих территорий проживания (государств) и слоев (национальностей) населения, вовлекаемого в культ («окормления»).

В.Ш.: Уважаемый Иван Юрьевич, а из всего спектра многообразных значимостей, какие вопросы и проблемы в обществе начала XXI в. можно отнести к философским? Ведь если мир не является статичным – даже такие понятия как «традиционность» и «модернизм», да и собственно понятие «ценность», в каждую эпоху / период имеют свое конкретное содержание – постоянно уточняются объемы понятий (содержание), т.е. мы активно экспериментируем с формо-образованием, аксиоматиками явлений, можно предположить, что в таком мире должно измениться и представление о Философии – она теперь далеко не только практикующая созерцание педагогика. Что она теперь? А может время философии и философствования и вовсе ушло – может она умерла, а в мире остался лишь ее образ, с которым продолжают играть лишь ренегаты? А может в мире уже появилось или скоро появится нечто более возвышенное и привлекательное, чем философия?

И.К.: Главная философская проблема наступившего (XXI) века – подмена философии как практики (процесса) мышления, практики познания (осознания), практикой описания, литературой – грубо говоря, философия подменяется филологией. Педагогика, как обучение мышлению, кстати, тоже заменена педагогикой как обучением процедуре, методу, технологии применения адаптеров, инструментов.

Под философией больше понимают филологию или историю философии, или богословие, или теософию. Отсутствует обучение логике, как практике составления суждений, практике получения фактов.

Современные ученые и околонаучная публика считают философию чем-то вроде разновидности религии, пустой болтовней о несуществующих в реальности предметах, неким культом, посвященном жонглированию понятиями, адепты которого обслуживают существующую власть, составляя некие идеологические конструкты, образы, позволяющие управлять обществом… Мы столкнулись с тем, что современные ученые ищут наощупь и каждый по-своему те философские приемы, которые известны с древних времен, и переоткрывают в своих работах стандартные, но мало или плохо известные им проблемы, которыми занимались философы в Древней Греции, Риме, Европе Возрождения и т.п. Полагаю, что время философии, как практики, физической, связанной с конкретными действиями человека и человечества, ещё не наступило. Философы XVIII и XIX вв. переосмысливали новые физические, химические и технические достижения науки, но победил прагматизм и рационализм «материализма» – в XX веке философию «прикрутили» то к завоеванию власти, то к «изменению Природы», то к чувствованию (переживанию, экзистенции). Философией занялись политики, предприниматели, инженеры, технологи и методисты, а также художники, в том числе и хорошие литераторы. Большей проблемой видится даже не маргинализация, упрощение восприятия и отображения в научной практике, а совершенно безумное смешение несмешиваемого, отсутствие необходимых в научном мышлении логических, выработанных философией, правил, и представление этого смешения (мыслительного хаоса) как некоего нового творчества. То, о чем писал Вернадский в «Научной мысли как планетном (геологическом) явлении», развитие мышления как практики (процесса) эволюционного характера, видимо, имеет сильную инерционную составляющую.

Также мы видим, что в «осевое время» – время образования новых религий, 600 лет до н.э. – 600 лет н.э., – человечество переживало новую для себя практику учета и передачи информации, знаний – появилась письменность, возможность не передавать необходимые тексты из «уст в уста», а записывать их знаками, а сами знаки перестали быть священными символами и стали обозначать действия в коммуникации, общении, речь. Далее все исторические перемены были связаны с технологическими достижениями, требовавшими новых способов учета различных обменных операций – от торговли до войны. Практика взаимодействия между различными культурами понуждает людей «открывать» все новые способы учета и все новые приспособления для комфортного проживания в окружающей среде, сейчас развитие инфотехнологий стимулирует невиданные ранее возможности (общения и создания новых технологий), но и создает новые проблемы, которые могут быть не замечены специалистами в конкретных науках, и требуют новых, в первую очередь философских идей, моделей будущего, векторов движения общества (вспомните кибернетику и синергетику как варианты или основы новых философских идей, практик).

Согласитесь, что аксиоматика описания явлений зависит от позиции наблюдателя, исследователя: чем дальше от рассматриваемого действия (образующего «явление» в сознании-восприятии) он располагается в своем рассуждении, то и выбирает соответствующую основу – физиологическую, биологическую, техническую, психологическую, религиозную, литературную и т.п. В любом случае он или отказывается выходить из мира собственных интерпретаций, Логоса, или все сводит к «объективной реальности» – Физике – общей картине мира, проверенной опытом, или пытается соединить Логическое и Физическое в Метафизике…

В.Ш.: Да, Иван Юрьевич, – согласен. А если говорить о горизонтах бытия – границах пространства, границах человека и его мира, – эти границы и горизонты, на Ваш взгляд, чем и как обеспечены? И если допустить, что слово (мысль) – это не означаемое и означающее, а инструмент, каким человек орудует в природе(ах), среде / пространстве(ах), «удлинняющий его руку», чем тогда будет то, что мы называем «философский вопрос»? И в целом, вообще, есть ли такой феномен как «философский вопрос» – не симулякр ли это, а может и того причудливее – не покемон ли?

И.К.: Границы бытия – Ойкумена человека как субъекта и общества весьма различны. Человек соединяет в себе опыт предыдущих поколений (интерпретаций бытия) и связывает (удерживает) в себе некое видение будущего, основанное и на этом опыте и на текущей, актуальной, деятельности, и потенциал своего развития, а потому границы, горизонты его чувствования и провűдения ограничены как его актуальным физическим телом (пол, здоровье, развитие чувств, восприятия), так и социумом, обществом, которое является и действует как коммуникационная среда-система, среда передачи, и имеет ещё большие ограничения в своем функционировании, чем субъект.

Общество ограничено языком, как средой передачи, уровнем технологий, как скоростью и сложностью передачи, и т.п. (культурой). Так что для любого субъекта вопрос о его месте во Вселенной и в текущей коммуникационной среде (обществе) – всегда будет основным вопросом. Второй вопрос после «где я», это «что я» – что делаю – просто «собираю марки» или «занимаюсь физикой» (высказывание приписывается Резерфорду; есть ещё вариант – водитель-пассажир и т.п.), ну и далее – «что дальше», что я хочу от будущего, и далее – как я его генерирую, создаю, и так далее. Можно ведь очень просто обеспечить свое будущее – просто уничтожив всех «соперников» – и это будет нижняя граница человеческого существования, разрушающая коммуникацию и не создающая общего будущего, ведущая к коллапсу социума…

Так что, на наш взгляд, человека непродуктивно отделять от «среды», «вселенной», «мира» – он сам и есть мир, вселенная, жизнь физическая и жизнь духовная, – поэтому философские вопросы всегда будут значимыми для любого субъекта. Другое дело, что у каждого субъекта свои «животрепещущие», актуальные философские вопросы… Если субъект погружен в Метафизику настолько, что не отличает действие в физическом мире от действия в мире Логоса, строит коммуникации к иллюзорным объектам, тогда для него будут физически реальны любые симулякры, построенные на его «культурном коде», а «покемоны» будут наносить реальные физические (телесные) раны в битвах с ними…

В.Ш.: Философия, как и любая другая отрасль знаний, инструментальна – должна развиваться, чтобы быть качественным и эффективным, востребованным, инструментом даже в смысле того, чтобы обеспечить региональное (уникальное) в глобальном (всеобщем), а с ними – и целое, если, конечно, эта категория будет сохранять функциональную и ценностную значимость. Этническое, национальное, как известно, – это ценностно (мировоззренчески и идеологически) обеспеченная уникальность. Уважаемый Иван Юрьевич, как Вы полагаете, эти уникальности – практики, стратегии и тактики синергийно-холистских установок, или что-то иное? И в этом смысле, учитывая тот эпохальный формационный сдвиг – вхождение в информационную эпоху, с неизбежной перестройкой системы миропорядка, какие интенции в Мире будет набирать силу – о развитии, автономизации автохтонных философских доктринах и системах, например, этно-национальных / народностно-племенных – африканских, семитских, славянских, индейских, etc. философий, или с учетом более высоких уровней систематизации – например, мусульманской, христианской, буддийской, etc., или Западная и Восточная, – ведь в основу классификации мы всегда полагаем некие критерии? – Какие, на Ваш взгляд, принципы и подходы к конструированию будущего окажутся востребованными?

И.К.: Полагаю, что частично ответил на это выше, в предыдущих рассуждениях: различия субъективные и групповые никуда не денутся – мы видим развитие Знания от обозначения конкретного действия (практики) к учению (закреплению в Книге, Своде Правил), далее – к Школе, потом – к поклонению, религии, культу, к ритуалу, и заканчивается всё бытовым, утилитарным действием, привычкой, декоративным артефактом вроде блюда национальной кухни – предметы ритуала становятся кухонной утварью, одеждой, украшением, парфюмерией и т.п.

Конструирование будущего, на наш взгляд, будет связано с реальным программированием в виртуальных компьютерных средах, что сейчас и происходит с моделированием атомных взрывов, биржевой игры, экономических стратегий и т.п., и переносом этих моделей в реальные технологии – промышленные и биологические. И в этой гонке будут побеждать модели и способы переноса в реальность, наиболее удачные, приспособленные к меняющимся реальным условиям существования. Я полагаю, что линейное восприятие мира и процессов будет постепенно становиться уделом небольших сообществ, частью становления человека. А коммуникации общества будут существенно расширены и ещё более усложнены хотя бы для обеспечения всех членов общества необходимыми им ресурсами вне зависимости от возраста и других различий.

Примитивные методы и способы разрешения конфликтов должны будут решаться в виртуальной среде…

В.Ш.: Иван Юрьевич, и в завершение нашего разговора хотелось бы услышать Ваш прогноз о будущем. Мир модернизируется – мы экспериментируем не только с формами, но и сознанием. Какие, по Вашему мнению, категории будут определять границы мировосприятия, какие существенные изменения в общественном сознании нынешних постиндустриальных обществ, можно ожидать в ближайшие время – что человеку / человечеству, с одной стороны, удастся решить, а с другой – с какими издержками придется столкнуться?

И.К.: Индустрии никуда не денутся – металлургия, химия и другие основы технологического развития цивилизации будут только модернизироваться, становиться менее затратными и более экологичными. Во всяком случае этого бы хотелось. В долгосрочной перспективе изменится существующая система Учета Знаний (как ранее, предметов, потом транзакций) и сама Логика Восприятия Мира; в каких формах это установится, образуется – вопрос сотворчества, дизайна. Пока человек с помощью инструментов менял в мире только своё Убежище (и сильно ошибся, попытавшись изменить физический мир, не меняясь сам), но сам он меняется медленно, инерционно, с постоянными обращениями к предыдущим состояниям сознания… Интернет, как новый инструмент построения Картины Мира и взаимодействия с реальностью, станет ещё более упорядоченным и быстрым, и по сути – Зеркалом Человека.

Дорогой Иван Юрьевич, благодарю Вас за эту увлекательную, с интересными прогностическими экскурсами беседу – вдохновений Вам!

Если позволите – пользуясь случаем, хотелось бы реализовать еще один важный элемент, связанный с Днем Философии – он нечаянно возник в 2017 г. по инициативе наших студентов, – блиц-интервью по 10 вопросам мировоззренческого характера.

Какова природа Вселенной?
И.К.: Вопрос некорректный: Вселенная никогда не «рождалась», у каждого воспринимающего существа вселенная своя, и природа, кстати, то же…

Есть ли какое-то Высшее Существо – в чем его смысл / значение?
И.К.: Нет, все «высшие существа» – человеческая рефлексия, инструмент моделирования будущего, проекция себя вовне и обратный прием действия как деятельности некоего внешнего «существа».

Каково место человека во Вселенной?
И.К.: Иерархия зависит от способа коллекционирования, классификации – это логическое. Человек – часть вселенной, а какое «место» он в ней занимает, это связано исключительно с его пониманием: кто-то говорит про «царя зверей», кто-то про «сына божьего», «раба божьего» и т.п., каждому – по вере его…

Что такое реальность?
И.К.: То, что явлено субъекту «при родах» (природа) ;), отражается в общей синхронизованной картине мира (культуре) и обеспечивает «существование» субъекта. Всё, что воспринимается и отражается, всё, что связано с действием, сопряжено с актуальным действием, доступно деятельности субъекта и его культуре (цивилизации).

Что определяет судьбу каждого человека?
И.К.: Его действия.

Что такое добро и зло?
И.К.: Зло – следствие добра ;), как зола – следствие процесса горения (уничтожения) вещи (намерения). Понятия зла и добра субъективны и ориентированы на конкретное действие в конкретных обстоятельствах. В неизменных культурах добро и зло могут приниматься как статичные, законные процедуры, формы бытия, морально-нравственные нормы.

Почему наша жизнь такая, как она есть?
И.К.: Зависит от нас.

Каковы идеальные отношения между личностью и государством?
И.К.: Государство – условие существования сложной личности: государство в головах, умах…

Что такое любовь?
И.К.: Действие, сопровождающее перенос жизни (кода жизни) через смерть. Любовь – эволюционно сложившаяся «морковка», движущая «процесс размножения» ;), некое состояние «совместимости», «единения», схожее с резонансом и синхронизацией, гармоническое состояние (определяющее действие). На каждом чувственном уровне (связи) своя «любовь», то есть состояние (действие) взаимопроникновения, соединения (контакта). У древних греков было пять именований такого действия (агапе, филия и т.п.), у древних египтян именовалось пять «душ» – тоже неких состояний соединения (происхождения и возврата) с миром (богами)… В современном обществе потребления понятие об одном из возможных действий, состояний «любви», почти слилось с понятием о физиологическом действии, с сексом.

Что происходит после смерти?
И.К.: Ничего: в статике нет движения, восприятия. Если Вас заботит смерть личности, «Я», то посмотрите на то, что общая Жизнь на планете (а вселенная вечна?) не прекращается несколько миллиардов лет – сменяются только формы ее существования. Возможно, некоторые «Я» смогут (или уже смогли) пережить смерть, как распад «Я», если это станет необходимостью общего выживания. Возможно это потребует другого способа существования… Главное – не потерять себя (память)… ;)

источник

Прочитано 45 раз
Другие материалы в этой категории: « Философские комментарии...

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.